Электронные ресурсы Интернета

в моих ушах, как в то время, когда я ходила за умирающим! Оно пристает к тебе, преследует тебя, оно пронзает тебя, несмотря на твои латы, оно поразит тебя в полном блеске твоего могущества! Ум потрачен, честолюбие обесславлено, покаяние отложено, буйная жизнь и позорная смерть - вот гибель твоя, дитя преступления! К этому, к этому приговорило тебя проклятие старика! И ты осужден! Эти слова старуха более прокричала, чем проговорила.. -- Потому что о н оказался террористом. Но он настолько своеобразен, что может стать известным всему свету своими странностями. Кончаев со странным любопытством заглянул им в лица, но, казалось, в них не было никакого выражения и никакой своей жизни, а вместо глаз были только узкие тупые щелочки, ничего не видящие перед собой. - Мы этого сделать не можем! - вдруг сказал Лавренко, сам не ожидая этого. Иногда навстречу, точно лодка во время ледохода, проплывал, медленно двигаясь, грузовик с сидевшими в нем людьми, которые приветствовали проходивших, а проходившие приветствовали их, и казалось, были рады, что есть кого приветствовать. С лугов за рекой поднимался туман и низко стелился над озером. Потом так же молча оба прошли в его кабинет. - Он был недостаточно жесток. Это сковывало и разбивало его мысль, так как он всё время против воли думал о том, как она отнесётся к той или иной фразе и не будет ли по обыкновению выговаривать ему за то, что он выказал себя недостаточно твёрдым, недостаточно и?м?п?е?р?а?т?о?р?о?м. - Ах, какой ты добрый!. Женщина раскинулась в гамаке, лениво отдаваясь его ласкам. У него в первый момент даже промелькнула нелепая мысль о возмездии за его, не столько старую высшую вину, сколько за новую, низшую -- перед массами. Он был бледен, и губы у него дрожали. - Он, кажется, родственник мисс Мордонт, но такой дальний, что она даже не могла сказать, на какую, собственно, степень родства он имеет право. смешно, - громко проговорил Лавренко последнее слово и криво усмехнулся, слегка пожав толстыми сутулыми плечами. Аделина тихонько вздохнула, и Колонна, взглянув на ее лицо при лунном свете, к которому оно было слегка обращено, был тягостно поражен его почти прозрачной нежностью. Все это говорило о невозвратной прежней шумной жизни, когда на каждый звон колоколь-чика и стук парадных дверей сверху сбегал лакей с широкими бакенбардами и, перегнувшись через перила из-за поворота лестницы, смотрел вниз, кто приехал, в то время как из темноты подъезда вместе с клубами морозного пара входили дамы в собольих шубках, мужчины в медве-дях сбрасывали всю эту дорожную тяжесть на руки старичка лакея и приветливой няни. Они вошли в палатку; из слуг, оставшихся вне ее, одни праздно бродили по морскому берегу, другие готовили к вечеру лодку для катания, некоторые в простой палатке, скрытой в лесу, приготовляли полдневный завтрак. Он почувствовал, что если он не выйдет, то.... А когда я стала тем, чего все

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU