Электронные ресурсы Интернета

не дает мне прикоснуться. На завешанных окнах держалась еще со стороны сада роса, и везде стояла мягкая тишина. -- Человеческой души ни одной не видно. Всё притихло. Ха-ха! - неприятно засмеялся Нико. Между нами, я думаю, он немного опасается, как бы Кенелм все еще не оказался моим соперником. Здесь Глиндон остановился как бы в смущении: в своем рассказе он только неопределенно намекал на Филлиду, которая, как мог бы предположить читатель, должна была стать его сообщницей. Узнав от Глиндона все, что произошло, он старался успокоить его, а не раздражать.. Ну, вот, когда я спросил себя, для чего? У меня никакого ответа не получилось. И каков же был результат? Одно слово тирана перечеркнуло все его старания. -- Она уже переродилась,-- тихо, как бы повторяя слова молитвы, сказала Лиза. - Ласка в любви, - говорил в это время инженер, - не должна быть самоцелью. С одним мужчиной она была не такою, какой была с другим. в ней вы томитесь и хотите быть выше себя! - Странно, право! - обиженно и возмущенно фыркнула Дора. - Значит, вы тот, кого ждет наш шеф, синьор? - сказал он тихо. - Мне кажется, господин рыцарь, - возразил Адриан резко, задетый за живое этой насмешкой, - вы научили нас хмуриться, это иногда бывает добродетелью. Простого в своей первобытности. Славного посла прислал он к нам, но я прощу ему все-все за тысячу копейщиков". Большую часть дня он лежал на диване, читал классиков, пил портвейн из тонкого стаканчика и задумчиво курил трубку. Берегись страха. Глина быстро шлепалась, сначала резко и звучно на крышку гроба, а потом мягко и приятно в черно-желтый кисель.. Не могу сказать определенно, гражданин, имели ли они в виду тебя! - И я тоже, гражданин, - ответил Робеспьер со свирепой улыбкой, которая сменилась хмурой задумчивостью.. Вели привести сюда лошадь, которую ты не возьмешь сам, и не будем тратить слов прежде дела. Раздевайтесь! Или вот что: бросайте все это здесь, Данила снесет в комнаты. Извините меня, но я воображал, что у вашего господина и без того довольно дел с его римскими баронами и что он мог бы быть немного снисходительнее к его иностранным гостям. Конечно, он больше всего боялся слез и сцен разлуки, но, пожалуй, ему было бы приятнее, если бы Нина безумствовала от горя. Оскорбленная Нина вспыхнула и сжала губы, чтобы не разрыдаться.. До сих пор зная, что правосудие не может падать на знатных преступников, я колебался из опасения, чтобы ты и его святейшество не сочли подобной строгости жестокостью и не порицали восстановителя закона за то, что он поражает его нарушителей. Таково было положение Риенцо, и однако же, - странно сказать, - он, по-видимому, был обожаем толпой; закон и свобода, жизнь и смерть были в его руках! Из всех находившихся при нем людей, Анджело Виллани пользовался больше всего его благосклонностью. Дикий ужас охватил Кончаева, глаза выпучились страшно и почти бессмысленно, и в то же время непонятный

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 SU